Прочитав эту статью, особенно мысли о. Димитрия Смирнова и о. Александра Шаргунова, мы решили опубликовать “Ответ Хоругвеносцев Комиссии по канонизации – 4 и – 5-ть”. Дело в том, что священники, что бы они не думали и как бы не относились к решению Комиссии о канонизации воина Евгения, – а оба несомненно за канонизацию, – не могут идти против этого решения. Такова строгая церковная дисциплина. Мы же, братчики Союза Православных Хоругвеносцев и Союза Православных Братств, менее зависимы от решения Комиссии, и поэтому можем выражать своё мнение в той форме, в какой её выражает простой Русский Православный народ, давно уже прославивший Женю в своих сердцах.

ОТВЕТ ХОРУГВЕНОСЦЕВ КОМИССИИ ПО КАНОНИЗАЦИИ – 4

О, нет! Я не против Церкви,
Я люблю нашу Церковь-Мать,
Я против известной ереси,
Которую надо гнать.

Они не прославят Женю,
Им икона его страшна,
А для нас Родионов Евгений
Муки испивший до дна,

Для нас его подвиг русский –
Мученичество Любви,
Для нас он – духовный бруствер
С фундаментом на крови.

И надо же – Русский мальчик,
Обычный простой солдат,
Не какой-нибудь шварценеггер,
А наш, Родионов брат, –

Не снял Креста, не отрёкся,
Не предал, братцы, Христа.
И теперь из акафиста льётся,
И смотрит с газет листа.

Теперь он не мальчик – Символ,
Знамя, Икона, Твердь,
Стоящий в полнебосклона,
Смертью поправший Смерть!

Скоро пойдём в наступление,
И впереди колонн
Пойдет Родионов Женя,
В багряницу облачён.

И мама его родная,
Уже как Родина-Мать,
В последний бой провожая,
Нас будет благословлять

Знамением Крестным, Русским,
Нательным сына Крестом,
Что взял тот духовный бруствер,
До конца идя за Христом.

И дай нам, Господи Боже,
Жизнь обрести в бою,
И мне дай, Господи, тоже
Со знаменем пасть в строю –

За Церковь, за Крест, за Женю,
За то, что душа чиста,
За Русскую мать Евгения,
За Родину, за Христа.

+ + +

ОТВЕТ ХОРУГВЕНОСЦЕВ КОМИССИИ ПО КАНОНИЗАЦИИ – 5

Скажи-ка, дядя, ведь недаром
Москва запродана хазарам
И чичам отдана?
А Воин Женя Родионов –

У нас написана Икона –
Москвы не продавал!
Евгений не предал России
И не отрёкся от Мессии –

От Господа Христа.
Он принял смерть, не сняв Креста,
И стал для нас Герой и Символ,
И мы слагаем ему гимны,

А что Максимов там решил –
Так это чёрт ему внушил:
“– Где доказательства? Где чудо?
Где исцеленья от мощей?!”

Максимов – ясно, он – Иуда,
Хотя и льёт словес елей.
В Комиссии – одни сомненья,
Любовь Васильевне допрос

Они творили без стесненья.
Вот не такими ли Христос
Был оклеветан и умучен,
И не Комиссия ль тогда

Орала под Голгофы кручей:
“– Сойди с Креста! Иди сюда!”
Минуло два тысячелетья,
И Воин не предал Христа,

Но фарисеев вечных дети
Не верят, что не снял Креста.
Не верят и не понимают,
Зачем же столь упрямым быть?

Ведь вот другие Крест снимают,
Чтобы в комиссиях служить.
Вот почему не прославляют
Героя Русского они,

И Мать морально истязают
Кайафы ветхие денми.
Максимов служит адвокатом
У новоявленных иуд,

Креста не снявшего Солдата
Ведёт он на комиссий суд.
Максимов, может, – Вы не с нами?
А с кем же?

Может быть с... бесами?

Неужто Вас они сманили,
Чтоб обличали в гневном стиле?
И ложный пафос вам вложили
Углём в отверстые уста,
Чтобы вещать… против Христа.

Глава Союза Православных Хоругвеносцев,
Председатель Союза Православных Братств,
Сопредседатель Свято-Сергиевского
Союза Русского Народа
Леонид Донатович Симонович-Никшич